Архангельская область — северный суровый край, но здесь развивается в том числе и охотничий туризм. Как организовать этот процесс разумно? В решении вопроса могут помочь и общественные организации. Но при условии: они должны быть работающими, а их руководители — компетентными и вовлеченными. Следить за территориями, регулировать отношения между охотпользователями и туристами, возрождать традиции — это требует больших сил и времени. Архангельская региональная общественная организация охотников и рыболовов «Поморье» семь лет идет по такому пути. «Не без сложностей, конечно», — признается президент «Поморья». Но дорогу осилит идущий.
Источник: Охотпортал
Охотпортал: С какими целями охотники едут в Поморье?
Иван Панютин: В основном охотники приезжают за гусем,
азартом и впечатлениями. Весенний и осенний пролет — самые массовые сезоны.
Местные охотники оказывают услуги, везут приезжих в общедоступные угодья. С
одной стороны, это хорошо: охотничий туризм развивается, есть возможность
местным заработать. С другой — это может стать проблемой. Иногда среди местных
охотников возникают конфликты из‑за наплыва туристов, звучит фраза: «Сами
охотиться не можем, а коммерция развивается». В Виноградовском районе ситуация складывалась
поэтапно: сначала местные охотники сами организовывали коммерческую охоту и
привозили туда гостей. Но однажды приехали на привычное место охоты и
столкнулись с приезжими, которые заявили, что давно охотятся на этой
территории. В итоге местных фактически вытеснили.
Северные районы Архангельской области, относящиеся к
арктической территории, представляют особый интерес. Речь идет о 15-километровой
зоне, где охотников сравнительно немного: промысел в основном разрешен только
местным жителям, к ним не относятся охотники таких городов, как Архангельск,
Новодвинск, Мезень, хотя в этих агломерациях наибольшее количество охотников.
При этом туристы‑охотники активно едут туда за гусем и, к сожалению, нередко
пренебрегают правилами, нарушая охотничье законодательство. Подобные случаи
фиксировались, например, в Онежском районе, а также на других северных
территориях, в частности в Мезенском районе.
В арктическую территорию Архангельской области входят
Онежский, Мезенский, Лешуконский, Пинежский и Приморский районы. На севере пока
немного тех, кто оказывает услуги в сфере охоты, но отдельные
охотпользователи начинают развивать охотничий туризм. Есть и просто охотники,
которые, по сути, оказывают услуги в общедоступных охотничьих угодьях. Это
латентный туристический бизнес. Услуга существует, но предоставляется в
основном в общедоступных угодьях и предполагает довольно спартанские условия:
как правило, проживание в палатках и доставку к месту охоты на болотоходах. При
этом развитие направления идет неравномерно: некоторые охотпользователи
стараются легализовать свои услуги, тогда как немало остается и латентных
охотников, которые продолжают оказывать услуги в общедоступных угодьях,
зачастую вне правового поля.
Охотпортал: Но в этом году будто бы с гусем были сложности?
Иван Панютин: В последние годы наблюдаем, что гусь
меняет коридоры пролета. Предвидеть, полетит ли он прежним маршрутом и в
разрешенные сроки, сложно. Если брать весеннего гуся, то в этом году интересно
было, что он пришел поздно, под закрытие охоты, и был малоконтактным. Некоторые
охотники, которые охотятся с электронными манками, жаловались, что гусь при
звуке такого манка шарахался, уходил.
Тут, к слову, о долгой полемике, запрещать электронные манки
или нет? Скажу так: вся Россия пользуется электронными манками, и, на мой
взгляд, ничего неправильного в этом нет. Наша организация писала обращение в региональный Отдел охоты в Минприроды Российской Федерации,
дабы внести изменения в правила охоты и разрешить охоту на гуся с электронным
манком. Например, в Беларуси он разрешен. У нас же производители духовых манков
упирают на то, что электронные устройства — это зло. Но, если грамотно
пользоваться духовым манком, это такое же зло, особенно когда охотник умеет
хорошо стрелять. Давайте запретим и духовые. Мое мнение: когда идет перестрел
весенней нормы — вот это зло! А как гусь добыт — это не так страшно.
Возвращаясь к тому, что гусь меняет коридоры пролета, скажу,
что мы предлагали увеличить весенний сезон охоты до 16 дней. По крайней мере,
для пользователей, у которых закрепленное охотугодье. Тем самым можно
поддержать местных охотников. На севере охота на гуся — самая массовая, и,
чтобы сфера развивалась, надо увеличить сроки весенней охоты до 16 дней. Почему
именно 16? Потому что, например, казарка при хорошей погоде у нас приходит
позже.
Вообще, охотпользователь заинтересован в создании хорошей
комфортной охоты на гуся. Он будет делать так, чтобы люди к нему ехали. Более
длительный срок охоты позволит охотпользователю получать дополнительный доход и
отчислять необходимые средства в бюджет и не только, включая охрану угодий.
Причем охотпользователь будет готовить угодья: если поля, то он будет их
косить, а заодно ухаживать за соседствующими землями сельхозназначения, которые
в большинстве случаев сейчас брошены на севере Архангельской области и мало
востребованы.
Источник: Охотпортал
Охотпортал: Общественной
организации охотников и рыболовов «Поморье» семь лет. Если оглянуться, что было определяющим?
Иван Панютин: Началось все с того, что мы пришли в
Архангельскую региональную общественную организацию охотников и рыболовов и
предложили возродить Архангельское городское общество охотников. Ее руководство
посоветовало нам создать свою городскую организацию, чтобы войти в состав
областной. Но при регистрации мы решили сделать не городскую, а региональную
общественную организацию. И не просчитались. Сейчас у нас полноценное областное
общество охотников, тогда как та организация, которая была создана еще при
Союзе, работает всего на два района: Котласский и Вельский.
Охотпортал: Какие вопросы решаете? Вы ведь проводите много фестивалей, выставки, собаками занимаетесь. Ваше общество — хороший пример
для других регионов России…
Иван Панютин: Много работаем с органами власти, с правительством региона, с Минприроды РФ. Наладили работу с депутатским корпусом как Государственной Думы, так и областного Собрания. Сами обращаемся за помощью к депутатам. И к нашему мнению прислушиваются. Проводим фестивали, работаем с детьми, развиваем охотничье собаководство. У нас есть Школа начинающего охотника, занимаемся биотехнией на территориях, изучаем историю охоты в регионе.
Источник: Охотпортал
Развивать все это непросто. Бывают паузы в работе. В этом
году пришлось отменить несколько фестивалей. Надеюсь, в следующем планы не
будем менять. Немного отдохнем и пойдем дальше. За
плечами есть багаж, у нас большая ответственность. Да и заставим, наверное,
правительство наше немножко расшевелиться в плане поддержки охотпользователей и
охотников в целом. Верим, что на законодательном уровне поменяется отношение к
охоте, очень хочется, чтобы охота стала драйвером экономики в
России. В стране активно развивают внутренний туризм, но охоту и рыбалку как
туризм забывают. Кстати, если затронуть федеральный закон о туризме, то мы не
увидим в нем понятия «охотничий туризм» или «рыболовный туризм», а они нужны,
чтобы сфера развивалась и регулировалась.
Что касается результата работы и масштабов организации, то членов общества не так много. Мы заинтересованы, чтобы в наших рядах были люди, разделяющие цели общества и переживающие за них, готовые выкладываться для достижения результата. Непосредственно за развитие охоты в Архангельской области в «Поморах» отвечают человек 20. Организуем мероприятия, общаемся с охотниками, ведем соцсети, в которых охотники обмениваются информацией, помогаем решать вопросы, консультируем. Могу сказать одно: если человек заинтересован, он будет идти к своей цели и добиваться результата. Есть же поговорка «под лежачий камень вода не течет». Все так и работает.
Источник: Охотпортал
Охотпортал: Что вкладываете в понятие «охотничья
культура»?
Иван Панютин: Охотничья культура — в первую
очередь любовь к природе. Плох тот охотник, который не живет в гармонии с
природой. Задача охотника не только добывать. Главная цель — оставить
охоту для будущих поколений, чтобы было на кого охотиться. Надо беречь и
приумножать охотничий ресурс, который самовосстанавливающийся при рациональном
использовании.
Охотпортал: Быть руководителем общественной организации — большая головная боль…
Иван Панютин: Если для тебя это лишь рутинная работа,
то будет сложно. Если ты вкладываешь больший смысл в свое дело, то оно тебя
вдохновляет. К тому же руководитель общественной организации — это не только
администратор. Он обязан вести коммуникации на разном уровне, начиная с
охотника и заканчивая органами государственной власти. Если, конечно, он
заинтересован, чтобы организация не просто существовала, а результативно
работала.
Охотпортал: Для вас охота — это хобби, работа, жизнь?
Иван Панютин: Жизнь и хобби. Хотя, наверное, будучи руководителем общественной организацией, я стал меньше бывать на охоте, а больше — в кабинетах чиновников. Так что на хобби времени остается мало.
Источник: Охотпортал
Охотпортал: Обычно у охотников в их увлечение вовлечена семья. Как у вас с этим? Как дети относится к охоте?
Иван Панютин: У меня двое сыновей. Старшему 24
года. После того как он отслужил в армии, получил охотничий билет. Но молодежь
сейчас вкладывается больше в себя: карьеру, быт. Так что на охоте он бывает
редко. Но подрастает младший сын, ему 13 лет. Он бывает со мной в угодьях, даже
помогает популяризировать, если можно так сказать, охоту. Есть репортажи в
региональных СМИ, где он дает интервью на охоте и говорит, как охота помогает
знакомиться с природой и ее защищать. На самом деле, если с детских лет придет
понимание, что такое охота и кто такой охотник, то это поможет научиться жить в
гармонии с природой и не бояться ее.
Охотпортал: В
этом году серьезно и на всех уровнях обсуждают проблему выхода медведей к
людям…
Иван Панютин: Медведь перестает чувствовать страх
перед человеком. Так ведет себя любой хищник, когда на него
снижается прессинг. Он не видит угрозы. Например, у нас в
Архангельской области, на севере, хищника, который бы угрожал медведю, нет. Но
и страха перед людьми у медведя нет, потому что человек его почти не добывает.
Плюс, конечно, свалки мусора, запахи, которые его привлекают, поэтому он идет в
населенный пункт. У нас, к радости, несчастных случаев практически нет, но
медведи начинают доставлять неудобства. Что касается Архангельска,
Северодвинска, были случаи, когда медведи заходили на кладбища и разрывали
захоронения.
Какой выход вижу я. Возможно, надо отменить лимиты на отстрел
медведя. Если прессинг на бурого медведя будет вблизи Архангельска,
Северодвинска, Новодвинска, в округе больших населенных пунктов, то ничего
страшного от этого не случится. Кроме того, возможно, стоит сократить
стоимость разрешений. Да, это уменьшит поступления в бюджет. Но человеческие
жизни важнее.
Охотников на медведя с каждым годом становится все меньше, и охота на него трудоемкая. Например, в северной части
Архангельской области больше охотятся на медведя на приваде, а приваду надо
занести, доставить. Это энергоемкая процедура, финансово затратная, поэтому
смотреть на вопрос необходимо со всех сторон: и с точки зрения увеличения квот,
снижения стоимости, стимулирования добычи. Был же период в советское время,
когда медведя стало слишком много, проблему урегулировали, расширив возможности
для охотников.
Мое мнение: Департамент государственной политики и
регулирования в сфере охотничьего хозяйства должен возглавить решение вопроса и
все замкнуть на себя, а не делегировать свои полномочия субъектам. Но
ответственные ведомства в регионах, разумеется, должны держать руку на пульсе,
понимать, что происходит, быстро реагировать, а не раскачиваться, еле запуская
бюрократическую машину. К примеру, если сегодня мы запретили охоту на медведя,
то через три года популяция резко вырастет, а чиновники на это увеличение будут
реагировать еще через три года. Так нельзя. Реакция должна быть своевременной.
Рассуждениями не помочь. Должно быть волевое решение.
Думаю, надо также начинать проводить курсы молодых охотников,
рассказывать об охоте на медведя, ее опасности, как к ней подготовиться. Ведь
не каждый охотник будет делиться опытом. Надо больше писать об охоте на
медведя в медиа, уделять больше внимания этой теме.
Помимо этого, на законодательном этапе нужно убрать заградительные барьеры на получение разрешения. Главное — упразднить 30-дневный барьер на разрешение, который есть сейчас. Нужно разрешить подготавливать охочих собак для охоты на медведя, потому что такая охота, к примеру в нашем регионе, фактически вне закона. Чтобы подготовить хорошую собаку для охоты на медведя, сейчас приходится ехать в другой регион, а это порядка 800 км или даже 1000. А ведь можно на территории Архангельской области создать тренировочные станции и обучать собак. Не вестись на определенную чушь «зеленых», а воспитывать в охотниках бережное отношение к охотничьему хозяйству. В этом будет больше пользы, чем в заградительных барьерах.
Источник: Охотпортал
Охотпортал: Что готовите из дичи?
Иван Панютин: Мое первое образование — судовой повар,
пекарь, разряд пятый, повышенный по окончании учебного заведения. Но поваром я
так и не работал. На тот момент я любил готовить, но не для большого количества
людей. Сейчас люблю готовить под настроение: блюдо получается
вкуснее, энтузиазма больше. Наше коронное блюдо из дичи, которому меня научили
более опытные охотники, — утка-пятиминутка. До того, как узнал рецепт, думал,
что дичь нужно долго тушить, длительно держать на огне. На самом деле есть простой способ приготовления. Берется грудка утки, нарезается тонкими
слоями, перчится, солится, тут же ножом отбивается. Выкладывается на
раскаленное масло в сковороде и жарится две с половиной минуты на одной
стороне и две с половиной минуты — на другой. Мясо обалденное получается.
Можно подать с брусничным либо клюквенным соусом, причем вовсе не обязательно
это будет соус, который готовится с загустением. Можно подавать с просто
выжатой брусникой, клюквой, в которую добавить чуть сахара. Эту утку можно даже
не перчить, не солить перед жаркой, а посолить и поперчить сковородку с маслом.
Получается очень интересный вкус, он ощущается немножко по-другому.
А вообще, семья у меня любую дичь ест. Никто носы не воротит.
Охотпортал: С кем не пойдете на охоту?
Иван Панютин: Наверное, с человеком, который не
бережет природу и расточительно к ней относится, стреляет без надобности, лишь
бы пострелять.
Охотпортал: Какой он, молодой охотник сегодня?
Иван Панютин: Среднестатистический молодой охотник —
человек от 35 лет. Хотя хочется, чтобы он был намного моложе. Если говорить о
ценностях, то молодые охотники все же стараются быть ответственными: познают
природу, изучают правила. Ну и объективно: сейчас иначе не получится, так как
есть охотминимум, поэтому хочешь не хочешь, а познавать придется.
Охотпортал: Ваш главный охотничий трофей и главная охотничья цель?
Иван Панютин: Дупель. Именно он был добыт моей легавой собакой, в которую были вложены силы и труд для воспитания. Понимание этой охоты, сама эта охота перевернули мое мировоззрение и послужили, видимо, основанием для создания общественной организации. После охоты на дупеля с легавой я проникся охотой, стал понимать проблемы, а с этого, возможно, все значимое в охоте для меня и началось. А главная охочая цель – сохранить охочий ресурс для будущего поколения и приумножить.
Охотпортал: С кем хотелось бы побывать на охоте?
Иван Панютин: Наверное, с отцом. Но, к сожалению, уже не получится.
Женская охота и охотоведение. Интервью с Елизаветой Нецветовой
Иван Панютин: «Плох тот охотник, который не живет в гармонии с природой»
Разговор с женой охотника. Ираида Кузенкова
Александр Михнюк: «Тяга к трофейной охоте есть у каждого»
Анатолий Лосев: Мы создали свою модель охотхозяйства
Илья Кондратьев: Что оставим после себя?
Кировская школа охотоведения
Сергей Титов: И капитализм бывает правильный
Валерий Кузенков: Русский человек – охотник по жизни, добытчик
Юрий Максимов: Оружие люблю с раннего детства, это действительно страсть
Отношение Русской Православной Церкви к охоте
